- Петр Степанович, сегодня самая обсуждаемая тема, пожалуй, реформирование государственной власти, которую проводит Президент России Владимир Путин. Давайте начнем с создания округов. Почему их ровно семь, а не, скажем, шесть или восемь? И какая, на ваш взгляд, конечная цель этого новшества? Ведь если бы они, как объявлено, были нужны лишь для контроля и координации деятельности субъектов федерации, зачем им своя прокуратура, свои силовые органы и т.п.?

- С одной стороны, число семь может быть и случайным. Самое легкое объяснение: семь - божественное число, число победителя. С другой стороны, конечно же, делались анализы экономического состояния регионов, их связей. Главное - действительно требуется коренная реформа системы государственной власти. Ведь сегодня многие за голову хватаются: столько расплодилось федеральных структур. Это видно и на примере нашей республики. А в них, в этих бесчисленных структурах, тысячи и тысячи работников. Причем армия чиновников из года в год разрастается. Так что, если речь идет об упорядочении системы управления, об освобождении от бездельников, - я полностью за. Что касается создания федеральных окружных органов, то их уже сейчас немало. В Чебоксарах, к примеру, есть Волго-Вятская окружная инспекция главного контрольного управления, в Нижнем Новгороде - управление по мобилизационным резервам, окружной Арбитражный суд и т.д. Они охватывают по нескольку регионов. Конечно, если иные политические деятели, как, например, Жириновский, хотят видеть в создании округов начало территориального передела России, то это они и видят. Но если мы сегодня действительно начнем заниматься административно-территориальным переделом, то в ближайшие пять лет можем потерять все, что собирали за прошедшие пятьсот лет, начиная с появления Московского княжества и объединения Руси вокруг него. Я не думаю, что Президент Путин имеет такую цель. Вообще подобные реформы проводились и ранее. Был период, когда Чувашия входила в состав Нижегородского края. Позже создавались совнархозы, включающие в себя несколько регионов. А в итоге оставалось то, что себя оправдывало. Так что, если округа окажутся жизнеспособными, их появление надо только приветствовать.

- Если брать проблему округов отдельно, может, и так. Но с ней тесно связана попытка реформировать Совет Федерации. Суть ее, как известно, в том, что губернаторы и президенты республик перестают быть сенаторами, соответственно теряют и депутатский иммунитет, и некоторые властные полномочия. То есть этим по существу нивелируется и значение региона, будь то республика, край или область. Не случайно если вначале почти все губернаторы высказались за реформу СФ, то, когда дело дошло до голосования, картина получилась совершенно обратная.

- Губернаторов понять можно. Ведь они в каждую поездку на сессию попутно решали в Москве проблемы своих регионов. И делать это было проще, когда они имели возможность беспрепятственно пройти в кабинет любого чиновника, даже вызывать иных руководителей российского масштаба к себе на Совет Федерации. Я считаю, что, как сенаторы, они люди наиболее подготовленные. Потому, собираясь раз-другой в месяц, на обсуждение вопросов времени много не тратят, одновременно, как уже сказал, успевают решать и вопросы регионов. С другой стороны, те члены Совета Федерации, которые имеют высокий авторитет, в том числе в международном плане, как наш Президент Николай Федоров, этих преобразований не боятся. Мне кажется, авторитет Федорова нисколько не уменьшится, если даже он не будет сенатором. Другое дело, те руководители регионов, которых пока мало кто знает. Они, конечно, не хотят терять свои привилегии. Вообще в идеале вроде бы никто ничего не теряет, ведь все равно регионы будут направлять в СФ своих представителей. Настоящие лидеры - они в любом случае остаются авторитетными лидерами. Сказал же президент Башкортостана, что власти у него от этих преобразований все равно не убавится. Но, повторяю, губернаторы и президенты республик пока являются наиболее подготовленными сенаторами.

- Если так, не означает ли голосование сенаторов постепенную потерю Путиным своего, казалось бы, непререкаемого авторитета?

- Нельзя и это отрицать. Ведь после избрания любого лидера в первое время мы в нем видим то, что хотим видеть. Но вот начинается повседневная, рутинная работа. Лидер принимает решения, из которых некоторые оказываются далеко не популярными. Естественно, происходит расслоение среди его сторонников. И естественно, их число в последующие месяцы и годы постепенно уменьшается. Ведь, хотя Путин и всенародно избранный Президент, но удовлетворить желания всех он не может. В результате, конечно, его рейтинг со временем должен несколько снизиться.

- Хорошо, так это или не так, а округа уже существуют. Как, на ваш взгляд, может повлиять Нижний Новгород, скажем, на жизнь Чувашии? Или он будет лишь что-то контролировать? Или действовать, как действовали до этого представительства Президента России в регионах? Наверное, пока еще нет положения об окружных органах власти, но все же как вам все это видится?

- Что касается института представительства Президента России в регионах, я к нему всегда относился отрицательно. Не потому, что, допустим, представитель в Чувашии работал плохо. А потому, что настолько много стало представителей - я возвращаюсь к началу разговора - федеральных органов власти, и контролирующих, и проверяющих, и курирующих, что институт представительства оказался просто лишним. Я, например, даже не знал, чем занималось представительство в нашей республике. Не могу сказать, окажется ли пользы больше или меньше, если оно будет находиться в Нижнем Новгороде. Однако есть, к примеру, регионы, которые в силу особых соглашений или лоббистских действий имеют определенные льготы, в том числе налоговые. У этих субъектов, по сути, свое налоговое законодательство. А этого не должно быть. Во всех субъектах федерации должен действовать один, федеральный, закон. И он должен привести к тому, что станет выгодно работать хорошо. Сегодня работать хорошо не выгодно. Ведь чем больше регион собирает налогов, тем меньше ему в последующем достанется трансфертов. Конечно, в последнее время какие-то стимулы в этом плане появляются. Но если взять бюджетное устройство России, то оно носит черты и унитарного, и федеративного, и даже конфедеративного государства. То есть где-то могут собирать налогов больше, где-то меньше положенного, оставляет собранные деньги у себя и отправляет в Москву тоже каждый по-своему. А должно быть все одинаково.

- Давайте перейдем к проблемам местным. Недавно у вас ко всем прочим прибавилась новая ответственная должность. Вы теперь являетесь председателем совета директоров ОАО "Промтрактор". Как происходит вхождение в конкретную экономику?

- Я ведь выходец с тракторного. В конце семидесятых - начале восьмидесятых работал на этом заводе, так что считаю себя тракторостроителем. Здесь конкретный участок работы. Это - производство и экономика. На днях провел первое заседание совета, наметили ряд мероприятий. Все стараемся решать, увязывая с интересами государства. А так предложение об участии в работе предприятия у меня назревало давно. Его одобрил и поддержал Президент республики. Учитывая, как идут дела в подобных коллективах, я считаю, что участие в управлении ими со стороны государства должно усилиться независимо от того, какой пакет акций у него имеется. Конечно, в нормальном смысле, не нарушая законов. Ведь если что не так, многотысячный коллектив не выйдет со своими требованиями к дворцу крупного внешнего держателя акций. Он будет обращаться к руководству республики.

- Вокруг этого завода сколько уже было разговоров. Давно стало ясно, что, ничего не меняя, он просто не выживет. Ведь столько мощных тракторов просто не нужно рынку, он и так переполнен ими. В связи с этим каковы перспективы предприятия? Какие произойдут заметные изменения, способные реально вывести его из застоя?

- Мы сейчас собираем такие предложения, изучаем их. Ясно, что прежде всего надо повышать качество тракторов. В то же время очень важно знать конъюнктуру рынка. К сожалению, потребителям известны лишь две-три марки наших тракторов. Между тем сегодня у нас появилось много новых марок, способных конкурировать не только с "Катерпиллерами" и "Комацу", но и с челябинскими машинами. Только маркетинговая и информационная службы, на мой взгляд, пока хромают. Этим надо заняться вплотную. Кстати, в этом плане многое дали поездка нашей делегации в Якутию, приезд в Чувашию губернатора Кемеровской области А.Тулеева. Одновременно требуется найти внутренние резервы. Особенно - снизить себестоимость продукции. Возможности большие. Так, заводу приходится содержать много помещений. Из стекла и бетона, других легких конструкций. Тепло из таких зданий выдувается при самом малом ветре. Раньше такие расходы просто не считали. Между тем энергозатраты занимают значительную часть в себестоимости продукции. Потому приходится все приводить в порядок. Есть вопросы по закупкам комплектующих. Например, можно по ряду позиций скооперироваться с агрегатным заводом, другими предприятиями. А есть на заводе просто проблема наведения порядка. Ведь известно, чем больше беспорядка, тем легче и несунам, и более крупным "хищникам". Стараемся работать на так называемом вторичном рынке. То есть закупать свои же отработанные тракторы, ремонтировать и снова пускать в продажу... Одним словом, надо все делать самим, никто "сверху" сегодня не поможет. Хотя сейчас идет работа по реструктуризации долгов. Это предоставит заводу определенную передышку на два-три года, так как выплата многомиллионных долгов откладывается. По сути, это - инвестиции государства, но как бы невидимые. При этом текущие платежи, конечно, приходится осуществлять, что мы сейчас и делаем.

И еще. Сегодня на заводе все же есть заметные подвижки. К примеру, никто уже нас не поймет, если мы вовремя не выдадим зарплату. Хотя многим приходится пока платить деньгами лишь половину.

- Вопрос как заместителю председателя Кабинета Министров. В последнее время появились слухи о том, что якобы в республике идет скрытый передел собственности. Например, говорят, что приватизируется "Чувашгаз" путем образования каких-то ООО, а "Чувашэнерго" с такой же целью разделят на части. Есть ли какие-либо основания для подобных слухов?

- Вообще есть постановление правительства об учреждении на базе филиала "Межрегионгаза" предприятия с долей государства. Доля небольшая. Но это не распродажа, не приватизация. Это всего лишь упорядочение управления в системе "Межрегионгаза". Ведь сегодня кто только не строит газопроводы: и хозяйства, и государство, и население.

- Тогда прошу уточнить: а кто акционеры нового предприятия?

- Пока можно говорить лишь о государственной доле. Остальные не определены. Ведь ООО только в стадии формирования. В целом, насколько помню, доля государства в "Чувашгазе" составит 49, "Межрегионгазе" - 15 процентов. К слову, на фондовом рынке проявляют значительный интерес к тем предприятиям республики, которые пошли в гору. Это АО "Агрегатный завод", "Промтрактор" и другие. К примеру, на многих предприятиях есть доля государства, а это не контрольный пакет акций. Тогда зачем их держать? Но это не значит, что государство теряет управление над предприятиями. У него много других возможностей повлиять на них.

- Петр Степанович, в свое время вы много занимались вопросами литературы, искусства, журналистики, родного языка, участвовали в разработке ряда законов об их поддержке. Как в дальнейшем ко всему этому будет относиться руководство республики? Меня, как писателя, в частности, интересует отношение к литературе. Будет она поддерживаться государством? Поддерживаться весомо, ощутимо, зримо. И при каких условиях это может произойти? То же и по поводу чувашского языка. Ясно, что объективно он пока не может выйти не только на мировой, но даже на всероссийский уровень. Это определено историческими условиями. В то же время он - родной язык для двух миллионов человек.

- Я, может, скажу известные истины. И все же. Пока мы не разовьем экономику, трудно вести речь о развитии литературы, искусства, культуры и языка. Во-вторых, мне кажется, что сегодня объективно упал спрос на литературу. На литературу монументальную, содержательную. Поэтому книг, которых можно отнести к классике, издается мало, упали тиражи толстых журналов, в том числе чувашских. Прошедшие десять лет сильно изменили человека. Он стал более информативным, более динамичным. Информационные потоки возросли во много крат. Человек не имеет времени читать крупные произведения. Я заметил, что даже из "Советской Чувашии" исчезли подвальные статьи. Значит, вы тоже приспосабливаетесь к изменениям.

Что касается литературы, хочу отметить абсолютно безобразное отношение к ней со стороны... Союза писателей Чувашии. Он развалил все, что можно было развалить.

А жизнь все равно наладится. Мы станем старше, демократически старше. И снова будем интересоваться литературой. Образуются новый базис, новая надстройка. Соответственно новые условия жизни. А литературе все же помощь нужна. Не будем помогать - из нее уйдут профессионалы. Потом, конечно, наступят лучшие времена, но не будет профессиональных писателей, останутся одни графоманы. А их и сейчас полно. Заполонили книжные прилавки серостью, еще гонорар требуют.

И значение родного языка будем поднимать. Недавно приняли концепцию национальной школы. Вообще неверно считать, что за последние десять лет не произошло сдвига в национальном самосознании народа. Работа проделана большая. Но она не терпит перекосов, это тонкая работа.

- В заключение хотелось бы узнать ваше мнение о предстоящем празднике. Почему День чувашской государственности преобразован в День республики? И вообще, верный ли был путь, выбранный Лениным? Может, надо было создавать не автономные республики, а культурно-национальные автономии. Ведь все равно в республике меньше половины всех чувашей. А остальные почти не имеют возможностей развивать национальную культуру.

- Когда Президент внес предложение в Госсовет о переименовании Дня государственности в День республики, многие депутаты поняли это как отказ от государственности Чувашии. "Может, и Госсовет теперь будет называться по-другому?"- всполошились они. Но что такое государственность? Это не независимость от Москвы, не наличие своей армии, как в свое время кто-то предлагал, не наличие своей судебной системы типа шариатской и т.д. Это прежде всего независимость экономическая. Государственность - это также наличие авторитетного руководителя международного масштаба, благоприятного инвестиционного климата. Это - межнациональное согласие представителей всех народов, проживающих в республике, защита их законных интересов и, прежде всего, конечно, титульной нации, поскольку у чувашей больше нигде в мире нет своего государственного образования. И не надо связывать государственность только с 24 июня 1920 года. Она была еще в глубокой истории, в эпоху расцвета Булгарии. Поэтому о какой государственности шла речь? А в двадцатом создана автономная область, которая затем стала республикой. Потому и День республики. Но республика - это тоже государство. Конечно, автономии создавались тогда наспех, может быть, не до конца продуманно, много раз менялись границы. Кстати, в СССР обмен территориями происходил вплоть до 1972 года. Но теперь ничего переделывать уже нельзя. Прошло 80 лет, все устоялось. И попытка пересмотра, я уже говорил, привела бы лишь к большим разрушениям.