Видимо, чебоксарским авиаторам и людям, собравшимся в город нефтяников, чертовски повезло, что все случилось во время разгона винтокрылого лайнера, а не посадки. По утверждениям специалистов, садиться с подобными повреждениями самолета гораздо опаснее.

Итак, самолет разогнался. По предварительным данным, он успел набрать приличную скорость - порядка 220 - 226 км в час. Затем кое-кто услышал странный хлопок. Предполагают, что это лопнула шина. Сломалось переднее шасси. Разогнавшаяся машина уткнулась в землю и продолжала двигаться. За бетонкой идет полоса типа защитной - на случай экстремальных ситуаций, - покрытая сыпучим материалом. Дальше - чистое поле. Самолет пропахал защитную полосу и носом уперся в землю, получив значительные повреждения. Пассажиры и 6 человек экипажа целы и невредимы.

По тревожному сигналу в аэропорт прибыли руководители МВД, транспортной милиции, службы МЧС, из Канаша - транспортный прокурор. В этот же день было возбуждено уголовное дело по статье 263, ч. 1 "Нарушение правил безопасности движения и эксплуатации железнодорожного, воздушного или водного транспорта".

Служба авиационных перевозок предприятия оперативно поработала с пассажирами, находившимися на борту злополучного самолета. Учитывая их пожелания, некоторых отправили через Москву, других - через Канаш и Казань. Скажем, выделили автобус, который доставил пассажиров в Казань, а оттуда они уже улетели дальше. Вопросов тут не возникало. Дополнительные хлопоты и расходы предприятие взяло на себя.

Зато много вопросов у комиссии, прибывшей в понедельник из Самары в Чебоксары. Разбор "полета" начался. О виновниках и причинах ЧП говорить пока рано. На это потребуется как минимум месяц. По словам командира Чебоксарского авиапредприятия В. Дубанова, "материалы происшествия расшифровываются в Москве". По нашим сведениям, АН-24, не сумевший взлететь в воскресенье, был единственным из эксплуатируемых. При этом журналист неосторожно употребил слово "последний", на что Виталий Васильевич отреагировал, заметив, что "в авиации нет такого слова - "последний". Оказалось, что этот АН-24 у нас не единственный. Еще один такой самолет стоит на авиаремонтном заводе в Иркутске, "готовый к вылету". Сейчас бы за него заплатить и забрать оттуда, но у Чебоксарского авиапредприятия таких денег нет. Между тем рейсы уже срываются, потенциальные пассажиры осваивают другие маршруты.