В экономической службе Чебоксарского хлопчатобумажного комбината наотрез отказались назвать этот показатель за минувшие девять месяцев. Поначалу сослались на обычное "по телефону не даем". Затем последовала мотивировка, что "цифры производительности у нас, конечно, есть, но только для внутреннего пользования, для анализа общего состояния предприятия".

Текстильщиков понять можно - из ямы они действительно только-только стали выкарабкиваться. Но вот Чебоксарский гормолзавод по-крупному вроде бы никогда в нее не попадал. Продукция у них, как сказала одна из экономистов, уникальная - она нужна всем с первого до последнего дня жизни. А посему высоколиквидная, т. е. пользующаяся постоянным и высоким спросом.

Однако и "молочники" не стали называть свою производительность труда. И отнюдь не из-за "режимных" соображений, а из-за того, что мощности сильно недогружены. Завод в состоянии перерабатывать в сутки до 300 тонн молока, а перерабатывает в разы меньше - не хватает сырья.

Отсюда у обоих предприятий такая низкая производительность, что как-то неловко о ней и говорить. Вот, пожалуй, главный и единственный фактор секретности этого показателя. Правда, сырье для ХБК произрастает за границей и закупается за валюту, а для гормолзавода - производится в каждом деревенском дворе. К вопросу о производительности это тоже, пожалуй, имеет отношение.

А вот в экономическом отделе АО "Лента" без всякой настороженности, а даже радушно восприняли просьбу корреспондента назвать производительность труда. Пожалуйста: за восемь месяцев в расчете на одного работающего выпущено продукции почти на 113 тыс. рублей. Это неплохой показатель, если еще и учесть, что к прошлогоднему уровню он вырос на 76 проц. Тогда как средняя зарплата на фабрике поднялась на 67 проц.

Экономисты со стажем наверняка помнят, сколь неукоснительно когда-то соблюдалось требование опережающего роста производительности труда по сравнению с ростом зарплаты. Потому что в обратном случае экономика становится противоестественной и со временем просто погибает.

Что касается чисто "режимных" ограничений, в ходе опроса попадались и такие предприятия. "Не подумайте чего, дела у нас пошли в гору, но производительность - закрытый показатель". Как и зарплата - не директора, а даже средняя по предприятию.

Кстати, и статистики вам не назовут зарплату на том или ином заводе, потому что сейчас федеральная методология такая: в целом по отрасли - пожалуйста, а по заводу - ни-ни. Ну, понятно там: тайна личных вкладов и даже отдельно взятой зарплаты. Но каким пагубным образом могут быть использованы сведения о средней зарплате по заводу?

По новой методологии в статотчетности вот уже лет пять отсутствует и показатель производительности. К нам в редакцию регулярно поступают статбюллетени, в которых вы, как в Греции, найдете все - от количества разводов и новорожденных до объемов валового продукта. А вот как мы упираемся на своих рабочих местах (вольное толкование производительности), вы не узнаете - нет такого показателя. Даже по отраслям.

Кое-какие сведения, правда, удалось получить в Минэкономики республики. В химической промышленности прирост производительности за девять месяцев составил 20 проц., в лесной - 38 проц. к прошлогоднему уровню. На отдельных предприятиях, к примеру, на новочебоксарской фабрике "Пике" она возросла в полтора раза, а на известном кондитерском "Акконде" - вдвое.

Очевидная закономерность: производительность растет там, где увеличивается производство. И в этом смысле для нее так же характерен "эффект дефолта". Подъем от нуля более заметен, чем от стопроцентной отметки. И рост производительности на том или ином предприятии пока еще не означает, что там принципиально лучше стали работать. "Лукавая эта цифра", - так выразился министр экономики ЧР А. Воротников.

Может быть, опальность главного экономического показателя временная? Пока производство не забурлит с бесповоротной силой. Каковы на этот счет дальнейшие сценарии?

Некоторые эксперты вновь предрекают спад производства, а значит, и производительности. Однако А. Воротников более оптимистичен. По его словам, резервов для увеличения производства множество. Взять ту же переработку сельхозпродукции. Продолжается вывоз молока за пределы республики, в то же время извне завозится большое количество готовой молочной продукции.

Другой сценарий чреват обострением социальной обстановки. Безработица у нас вроде бы уменьшается, предприятия все больше нуждаются в рабочих руках. Однако это, по мнению руководителя Департамента федеральной государственной службы занятости населения по ЧР К. Валицкой, явление временное. С ростом производства актуальным становится и фактор производительности труда, за чем могут вновь последовать сокращения.