Вопрос, казалось бы, простенький. После долгих телефонных переговоров корреспонденту "М-Курьера" удалось выяснить, что вопросом в полной мере владеет сотрудник юридического отдела Чебоксарской горадминистрации Алексей Витальевич. На рабочем месте его долго не удавалось застать. То Алексей Витальевич "на ковре" у начальства, то на рабочем совещании, то ушел на судебный процесс... В конце концов юрист нашел-таки свободную минутку для общения с журналистом, чтобы огорошить: да, вопросом владею, но поделиться информацией могу только с санкции начальства.

Так началась охота на начальство. Точнее, на одного из членов комиссии по переименованию улиц, Ванифатия Шайкина. Его пришлось вылавливать по телефону аж несколько дней - совещания, другие совещания, опять совещания, снова совещания... В итоге Ванифатий Васильевич "добро" не дал, сославшись на то, что "не надо муссировать этот вопрос".

Что ж, пришлось вылавливать другого члена комиссии. На этот раз объектом охоты стал Сергей Лукиянов, глава городского управления по градостроительству и архитектуре. Его секретарь, словно пограничник на заставе, на все звонки и обращения говорила одно: занят, не освободился, на выезде, у начальства... "Поход" по кабинетам управления результата тоже не дал - журналиста отсылали из отдела в отдел, пока кто-то из "ответственных" не заявил, что по интересующему вопросу следует обратиться лично к Лукиянову.

Что ж, послали - иди. В надежде хоть когда-нибудь иметь честь побеседовать с Сергеем Пантелеймоновичем труженик пера решил записаться к нему на личный прием - как обычный гражданин. Секретарь, потянувшаяся было к журналу регистрации, вдруг замерла: "Э-э... Послушайте, так ведь нельзя... Да как же это... Зачем же так... И прием-то у него еще не скоро, лишь двадцатого декабря..." Затем созвонилась с кем-то, с кем корреспондент уже созванивался. Вызвала кого-то, с кем журналист уже беседовал. Не прошло и двух минут, как Сергей Лукиянов встретил журналиста чуть ли не с распростертыми объятиями.

Оказывается, процедура наименования улиц - целая наука. Для начала группа горожан должна провести собрание, на котором выдвигается какая-либо кандидатура в "уличные герои". Например, Шуры Петровой или Надежды Павловой. Впрочем, нет... Женские имена, если не считать разных крупских и космодемьянских, у чебоксарской общественности не в моде. Для наглядности примера возьмем кандидатуры композитора Воробьева и олимпийской гордости Чувашии Ардалиона Игнатьева. Именем первого группа товарищей хочет назвать нынешнюю улицу Володарского, а спортсмен уже обессмертил себя, став "визитной карточкой" одной из улиц в новом микрорайоне "Волжский-2".

Протокол собрания поступает в городскую комиссию по переименованию улиц. Ее члены делают запрос в соответствующее ведомство (Минкультуры, Минспорта и т.п.), подтверждающее, что предлагаемая кандидатура является известной личностью. Выдают справку о том, например, что Шура Петрова в 1997 году действительно стала "Мисс Россия", а Ардалион Игнатьев в свое время выиграл медаль на Олимпиаде.

На основании полученной информации члены комиссии, допустим, дают предварительное "добро". Если речь идет о переименовании какой-либо улицы, приступают к следующему этапу размышлений. Смотрят, сколько на такой-то улице жилых домов, юридических лиц, предприятий и организаций. Чем больше "обычных" жителей, тем призрачнее надежды на переименование. Ведь каждому человеку надо внести поправки в прописку, на каждый дом навесить новую табличку, да еще с МРЭПами разбираться. Если же на улице одни предприятия, все значительно проще - надо сменить лишь юридические адреса да печати. Но и это денег стоит, и немалых. Причем все затраты ложатся тяжким бременем на городской бюджет.

Одним словом, пока казна пуста, с переименованиями лучше не шутить.

Мэр Анатолий Игумнов не раз жаловался на местный "совковый" менталитет. А откуда взяться иному, если большинство горожан живут на улицах Ленина, Маркса и Энгельса, привязаны к 9-м пятилеткам и Московским проспектам, который год пытаются не запутаться в 139-й и 324-й стрелковых дивизиях... Многие чебоксарцы отмечают, что самая спокойная, благоприятная атмосфера (там, где душа отдыхает) - на так называемом Кировском поселке да на Южном. Оно и понятно, там даже таблички на домах читать приятно: Цветочная, Ольховая, Лиственная, Равнинная, Лермонтова, Некрасова, Добролюбова, Левый берег реки Сугутки... И тут же, где-то рядом - Коммунальная слобода, Инкубаторная, Колхозная, Водопроводная... Сам Игумнов, кстати, живет на улице академика Пирогова, аккурат рядом с республиканской психиатрической больницей, с подветренной стороны.

По словам Сергея Лукиянова, обычно кандидатуры на наименование улиц выдвигают республиканские Союз композиторов и Союз писателей. Но наши заслуженные деятели пока не выдвинули ни одного "женского" названия! Так что приходится довольствоваться розами люксембург и лизами чайкиными. Выходит, больше увековечивать некого.

Тогда, может, вообще отказаться от идеи присваивать улицам имена конкретных людей? Народ, хоть убей, все равно ничего не расскажет о "каких-то там" Красине, Кривове, Сверчкове, мичмане Павлове или Матэ Залке. Да и вообще, каково жить смиренному христианину под именем революционеров?

С другой стороны, еще долго будут помнить балерину Надежду Павлову, Николая и Святослава Федоровых, купцов Ефремовых и Игумновых, Геннадия Айги. Даже если их именами так и не назовут какие-либо улицы... Выдвижение кандидатур композитора Воробьева или спортсмена Игнатьева - это, конечно, хорошо. Но какие достойные названия для своих улиц предложили бы не творческие круги, а наши читатели? Ждем ваших предложений либо письменно, либо по телефонам редакции.