Погорелец
В. Федисов, "Советская Чувашия"
(2 октября 2001г.)
В начале лета на набережной Волги я случайно встретился со школьным приятелем Владимиром. Обменялись новостями. Узнал я, что Володя идет наниматься на работу в частную фирму и не очень-то надеется на успех: за последнюю неделю от его услуг отказались в трех конторах. Смотрел я на сильно постаревшего приятеля, и не верилось, что в юности мы, одногодки, завидовали Владимиру. Статный, красивый парень поражал знакомых энциклопедическими знаниями, а перед его обаянием не могла устоять ни одна девушка.
После окончания Чувашского госуниверситета Владимиру пророчили большое будущее в науке. Однако талантливого инженера-электронщика переманили на Чебоксарский приборостроительный завод. Зарабатывал он неплохо, а вскоре обрадовал родителей заявлением: «Женюсь!» Избранницей его оказалась симпатичная однокурсница Алла.
Супругам, как молодым специалистам, дали комнату в заводском семейном общежитии. Все вроде было хорошо, но одна беда – Володя начал выпивать. Каждый раз оправдывался перед женой: мол, товарищу по работе чинил телевизор... Друзьям и знакомым технику Владимир ремонтировал бесплатно, а те так и норовили расплатиться за работу рюмочкой да стаканчиком. И Володя – добрая душа – не мог отказаться. Вскоре не только супруга - и начальство стало ворчать на работника с вечно помятым лицом и неизменным запахом перегара.
Вот тогда-то приятели и предложили Владимиру перейти в одну пусконаладочную организацию. Условия были заманчивые: за ремонт радиостанций для полеводов и животноводов, наладку аппаратуры сельских котельных платили приличные по тем временам деньги и график работы более-менее свободный…
На селе знатока телевизоров ценили, и жил Владимир припеваючи. Вечерами пропадал в домах сельчан, домой возвращался с деньгами и изрядно выпивший. Потом уже признался он, что и не заметил, как появилось по утрам зверское желание опохмелиться. Дальше – больше: регулярные выпивки переросли в затяжные запои.
Пытаясь его спасти, жена, родители увольняли парня из "пьяной" конторы, устраивали в солидные организации Чебоксар. Некоторое время Владимир держался, а потом - очередной загул и просьба начальства уйти «по собственному желанию». Лечился он и в наркодиспансере – все безрезультатно.
Так и приходилось возвращаться в знакомую пусконаладочную контору. Тогдашнему начальству, судя по всему, было наплевать на будущее инженера. Наоборот, их даже устраивал такой грех сотрудника, дающий возможность нещадно его эксплуатировать. А семейная жизнь у приятеля моего тем временем окончательно разладилась. Алла не пускала в комнату общежития пьяного мужа, маленькая дочка стала испуганно шарахаться от папы. И Владимир перебрался в родительский дом.
Все надеялись старики, что в жизни сына вот-вот произойдут перемены к лучшему. Да так и не дождались их, и в течение года друг за другом покинули этот мир. Тоскливые вечера Владимир сначала коротал наедине с водочкой. Потом начал привечать собутыльников. Однажды, когда хозяин был в отъезде, один из таких случайных приятелей привел пьяную компанию. Случился пожар. Дом пришел в запустение: разбитые окна, внутри опаленные огнем комнаты. До первых холодов, зарывшись в груду тряпья, Владимир ночевал на топчане в сараюшке-пристрое. На зиму перебрался к одной одинокой старушке, в ее избушку-развалюху. Потом вернулся домой и коротал холодные ночи у костра в саду.
Однажды был у Владимира шанс поменять разоренное наследство на приличное жилье: за земельный участок под особняк один предприниматель был готов отдать однокомнатную квартиру. Как ни уговаривали Владимира жена и друзья на этот обмен, но всегда уступчивый мужчина вдруг уперся: «Мало, доплаты хочу». И сделка не состоялась.
А тут еще с работой начались проблемы. Разоренные аграрными реформами сельчане не могли вовремя рассчитаться за ремонт оборудования. И где-то в конце 1999 года пусконаладочная контора окончательно захирела. К этому времени у Владимира пропал и левый заработок по ремонту телевизоров. На смену радиоламповым «Рекордам» и «Рубинам» пришла иностранная аппаратура с технически сложными схемами. Нужны были новые знания, деньги для закупки дорогостоящих микросхем. Ничего этого у Владимира не было. К тому же и заказчик пошел взыскательный - желал иметь дело с приличным мастером, а не с опустившимся выпивохой.
Жизнь впроголодь, постоянные пьянки, ночевки на стылой земле подорвали здоровье 45-летнего мужчины. Не так давно врачи поставили ему диагноз: туберкулез кости. Для кого больничная палата - постылое место, а Владимиру – рай: тепло, уютно, есть чистая постель и еда. Но недолго он наслаждался больничной жизнью – чуть подлечили врачи пациента и попросили освободить койко-место.
Владимир уже несколько месяцев не появлялся в родном доме, не знаю, где он сейчас обитает. Слышал, что мой приятель получил инвалидность по болезни, получает небольшую пенсию. Говорят еще, что вроде стал он меньше пить...
