В тот роковой день врач больницы тракторостроителей Андрей Михайлович Лапиков находился за рулем "Запорожца", возвращался в Чебоксары из Нижегородской области. В салоне машины, загруженной овощами и фруктами, были его приемная дочь Соня и теща Марфа Васильевна. А дома ждали жена и малолетний сын. Трагедия произошла недалеко от деревни Ходары Шумерлинского района. Здесь, на повороте, в "Запорожец" на большой скорости врезались "Жигули". По асфальту покатились краснобокие яблоки...

39-летний А.Лапиков от полученных травм скончался на месте. Погибла и мать Елены Николаевны - умерла в больнице. Сюда же с черепно-мозговой травмой была доставлена Соня.

Виновником дорожно-транспортного происшествия был управлявший "Жигулями" чебоксарский предприниматель Василий Живов. Столкновение двух автомобилей произошло на глазах сотрудников МВД ЧР. Они ехали на служебной "Ниве" вслед за "Запорожцем". Видели, как на встречную полосу вылетели "Жигули". Живов "не вписался в поворот", что и послужило причиной аварии. Как установит следствие, он был в нетрезвом состоянии.

Живов пытался уйти от возмездия. Заявлял, что не виновен в смерти людей, якобы это машина Лапикова оказалась на встречной полосе. Но были свидетельства очевидцев, протокол осмотра места происшествия и заключение автотехнической экспертизы. Живову предъявили обвинение по статье 264 ч. 3 УК РФ, ему светил срок от четырех до десяти лет лишения свободы.

Дело настолько "ясное", говорил следователь, что Елене Николаевне и адвокат не нужен. А Шумерлинский райсуд все откладывал разбирательство по делу, принимая во внимание ходатайства обвиняемого. Через 19 месяцев материалы были направлены на... дополнительное расследование. Но Елена Николаевна продолжала стучаться в чиновничьи кабинеты, о чем "Советская Чувашия" поведала читателям в декабре 1999 года. Несчастная женщина все еще надеялась, что зло непременно будет наказано. Блажен, кто верует...

Шумерлинский райсуд вынес приговор лишь в сентябре 2000 года (и то после вмешательства суда ЧР). В. Живова, работавшего ведущим специалистом технического отдела ОАО "Лукойл - Чувашия", осудили к пяти годам лишения свободы. Но прямо в зале суда освободили от наказания - ему "улыбнулась" амнистия.

По приговору виновник ДТП обязан был возместить потерпевшей моральный ущерб, оцененный судом в 116 тысяч рублей. Спустя год Московский райсуд Чебоксар вынес решение о взыскании с Живова в пользу Елены Николаевны предусмотренных законом единовременной и ежемесячных выплат на содержание несовершеннолетнего сына погибшего. Однако Живов до сих пор не выплатил потерпевшим ни рубля...

Судебные приставы особо и не усердствовали. Елене Николаевне приходилось их постоянно теребить. Прошло более двух месяцев после вступления приговора в силу, прежде чем приставы взялись за работу. И тут выяснилось, что Живов вдруг стал нищим. Как сообщило руководство "Лукойл - Чувашия", с работы уволился. Коммерцией не занимается, хотя раньше являлся учредителем и директором коммерческой фирмы "Дземга" - перегонял и перепродавал машины. И хорошей квартиры лишился, так как сразу после суда оформил дарственную на престарелую мать. Выходит, ни гаражей у Живова, ни счетов в банке, ни плошки с ложкой. По официальным данным, 36-летний мужчина и сейчас нигде не работает, на бирже не зарегистрирован, пособия по безработице не получает. Из Чебоксар, по сведению паспортистов, вроде бы уехал в родную деревню Батыревского района, но там фактически не проживает.

Длительное время исполнительный лист путешествовал из Чебоксар в район и обратно. Судебные приставы хотели было в счет возмещения ущерба описать имущество Живова, имеющееся в деревне, но обнаружилось, что у него и там ничего нет - ни дома, ни земельного участка. Самого Живова "поймать" оказалось архисложно. Судебный пристав-исполнитель только руками разводит: мол, невозможно сейчас "реально исполнить приговор суда".

- Воистину - с сильным не борись, с богатым не судись, - едва сдерживает слезы Елена Николаевна. - Живов и не собирается возмещать ущерб. Когда велось следствие, я просила наложить арест на его имущество, так как опасалась, что он не заплатит. Но мне отказали. Суд, видимо, мало заботило, как виновный намерен возмещать причиненный ущерб. По вине Живова погибли два человека, а он амнистирован в связи с 50-летием Победы в Великой Отечественной войне. Мой отец воевал и умер молодым, трое братьев моей покойной мамы не вернулись с фронта. Неужели ради того, чтобы Живов и ему подобные глумились над их близкими?

Живова, которого "потеряли" судебные приставы, Елена Николаевна случайно встретила на рынке в Чебоксарах. Разговаривал он с ней вызывающе. В декабре прошлого года прокуратура Московского района Чебоксар после ее настойчивых просьб возбудила уголовное дело против Живова "по факту злостного невыполнения решения суда". Но Елене Николаевне уже дали понять, что оно скорее всего пойдет в архив. "Зачем выносить приговоры, которые невозможно исполнить? - горько недоумевает Елена Николаевна. - Неужели нет никакой управы на бездушных и бессовестных людей?"

Рассказанная история - не какой-то особый случай, а, скорее, печальная практика. И, получается, что наши законы тут беспомощны. Виновный уходит от расплаты. Он смеется не только над вдовой с двумя детьми - он смеется над всем нашим правосудием.

к оглавлению номера