Нина Петровна его не забудет. Сейчас за пределами республики открываются чувашские школы, туда направляются учителя, учебники, а 30-40 лет назад было по-другому. По указанию сверху национальные школы на территории проживания диаспор переходили к обучению только на русском языке. Девушка сильно переживала. А потом решила: в девятый не пойду, уеду в Чувашию, там никто не запретит говорить на родном языке. В Чебоксарах упрямую девчонку, поступившую ученицей на ХБК, ждал крутой поворот в судьбе.

Нина Селеверова училась в восьмом классе. "Помню, в школе установили такой порядок: один день в неделю нельзя было говорить на родном языке даже на переменах. Я ходила в национальном платье. И за это мне доставалось. Однажды предупредили: придешь в девятый класс в этом наряде - одежду кинем в костер".

12 декабря 1963 года - этот день врезался в ее память - все мечты об учебе рухнули разом. Нину, переходившую дорогу, сбила машина. "Скорая" увезла пострадавшую в морг. Проверка пульса удивила даже врачей "Скорой помощи": с такими травмами головы никто еще в живых не оставался. Быстрей на операционный стол!

Через две недели Нина пришла в себя. Дышалось невероятно трудно. Вдалеке слышались чьи-то голоса, но их не разобрать. В глазах темно. Где она, что с ней? Вот чем-то натирают лицо и голову. Она кричит от нестерпимой боли, но голоса своего не слышит. Кажется, полегчало. А вот сейчас чьи-то нежные руки осторожно коснулись ее, боясь причинить боль. Это же мама! Она здесь, рядом. В детстве мать редко ласкала ее - некогда было, с утра до вечера пропадала на ферме. Надо же, какими нежными могут быть натруженные материнские руки. Хоть бы раз взглянуть на нее, тогда и умереть не страшно. Человека дороже матери у Нины нет. Отца она не помнит - родители разошлись еще до ее рождения. Нина росла в родительском доме, в котором, кроме них, жили два маминых брата со своими семьями. Бывало, девочка встанет между двумя зыбками и качает, убаюкивает малышей... Тонкая нить воспоминаний обрывалась, девушка снова теряла сознание.

Потом, приходя в себя, она каждый раз ждала ту нестерпимую боль, после которой ей становилось легче. Через месяц повязку с глаз сняли, и Нина с трудом разглядела лечащего врача Отто Юстуса и маму. Но эта радость была недолгой, глаза снова закрыли. Затем она стала узнавать людей по голосам. Приходили к ней мастер хлопчатобумажного комбината Тамара Павлова, подруги. Зрение пропало навсегда, лишь один глаз едва реагировал на свет. Белая трость стала постоянной спутницей жизни.

Смерть отступила, но страдания Нины только начались. Через два месяца ее перевезли в челюстно-лицевое отделение Казанской городской больницы № 3.

Не зря говорится: слово и лечит, и калечит. Нина Петровна испытала на себе и то, и другое. Бывшая военврач Евгения Домрачева выложила ей всю горькую правду:

- Перед тобой, доченька, черная стена. У тебя не будет ни молодости, ни любви, ни семьи, ни детей. Скоро пройдет зима, наступит весна. Все кругом зацветет. Эта радость не для тебя. У тебя иная судьба. До конца дней твоих рядом с тобой будет твоя мама. Если у тебя есть хоть капелька желания жить такой жизнью - скажи мне об этом, и мы сделаем все возможное и невозможное. Если же не хочешь жить - и мы не будем мучиться, и сама ты долго не будешь страдать.

Нина, заплакав, лишь шевельнула губами:

- Хочу видеть маму.

Евгения Алексеевна поняла. И добавила:

- Если хочешь видеть маму, а, значит, хочешь жить, закуй себя в железные цепи, чтоб никто не видел твоих слез. Ты должна быть готова ко всему. Тебе придется всю жизнь ходить по больницам. Не каждый доктор сможет до тонкостей изучить историю твоей болезни, сама запоминай и помогай врачам.

Нина Петровна до сих пор помнит эти слова и уверена, что именно они помогли ей выжить. Она перенесла 25 операций. И только первую провели под общим наркозом. Девушка четыре года не могла разговаривать: мама поднимала ее руку, и дочь пальцами выводила в воздухе буквы. Не могла есть (кто бы знал, как ей тогда хотелось простого черного хлеба). Студенты-медики ходили к ней в палату на практику. Истерзанная девушка была для них живым наглядным пособием. Гноились раны под пластинами, которые поддерживали форму лица, и ей снова и снова приходилось ложиться на операционный стол.

Кроме физических страданий, терзали душевные муки. Помнится, после многочисленных операций привезли Нину в родное село Богдашкино, что в Ульяновской области. Глядя на нее, родственники рыдали, как на похоронах. Не выдержав такого испытания, она потеряла сознание.

Страшная авария разделила ее жизнь на две части. По ту сторону остались веселая молодость, здоровье, мечты, которым, как тогда казалось, никогда не сбыться. Заново надо было учиться жить, привыкать не только к жалости, но и к брезгливым взглядам посторонних. Однажды к Нине подошла женщина.

- Как ты можешь жить с таким лицом? - не то спросила, не то посоветовала она. - Ведь умереть совсем не трудно.

Сказала, будто нож в сердце вонзила.

Добрые люди еле привели Нину в чувство. Потом она долго думала над этими словами. Действительно, умереть несложно, трудно жить и оставаться человеком. Разве Отто Юстус, Евгения Домрачева и другие врачи спасали ее для того, чтобы она потом наложила на себя руки? И чего плохого она сделала в своей жизни, чтобы стыдиться? Нет, она будет жить, несмотря ни на что. Если кто-то ранил неосторожным словом, причину их грубости Нина искала в себе: может быть, не так сделала, не то сказала? Она знает цену жизни, как никто другой, и считает, что надо жить в мире и согласии.

...К счастью, ошиблась бывшая военврач. Нина Петровна встретила любовь, познала счастье семейного очага. Это особая, тоже интересная страница в ее биографии. Жаль, рано оборвалась жизнь любимого - отличного художника и мастера на все руки Хаджи Михайловича Юрьева. Уход мужа стал еще одним ударом в жизни Нины Петровны. Помогали друзья из общества слепых, мама, которая всегда была рядом с дочерью.

Меня поражает ее оптимизм, потому что знаю, как часто вызывают к ней машину "Скорой помощи". Мне известно, как она поет и танцует. В республиканской организации Всероссийского общества слепых Нина Петровна - заводила, организатор и просто фантазер. Всех заряжает своей энергией, жизнелюбием, всегда готова помочь. Она дружит со многими деятелями культуры, ее можно видеть на разных мероприятиях. На одном из праздничных торжеств ей вручили Почетную грамоту Министерства культуры республики.

...Сидела как-то на работе в плохом настроении. Вдруг открывается дверь и появляется Нина Петровна: в цыганском наряде.

- Дайте вашу ручку, погадаю.

Столько хорошего мне наговорила, столько надежды вселила. Такого оригинального поздравления с Новым годом (а это было в конце декабря) я еще не получала.

Вот такая удивительная женщина живет в Чебоксарах. Всем бы нам такой любви к жизни, такого доброго отношения друг к другу.

Чтобы мир стал теплее...

к оглавлению номера