Дорого обошелся ветерану
просчет военкомата
Л. Смагина. "Советская Чувашия"
(13 февраля 2003г.)
"Уважаемый Иван Дмитриевич! Примите самые искренние и сердечные поздравления с 57-й годовщиной Великой Победы. Вы, ветераны, выстояли в тяжелейшие для нашего Отечества годы, защитили Родину в кровопролитной битве с врагом, смогли поднять и укрепить страну. И мы всегда будем гордиться поколением победителей. Здоровья Вам и всего самого доброго. С праздником! Президент Российской Федерации В.В. Путин". Из поздравительной телеграммы Президента ЧР Н. Федорова И. Леонтьеву: "Наш долг, наша святая обязанность - сделать все возможное, чтобы Вы всегда были окружены заботой и вниманием". 82-летний старик заплакал, читая эти строки.
В мае 2002 года Иван Дмитриевич праздновал не только 57-ю годовщину Победы, но и свое возвращение в ряды ветеранов. В начале февраля Канашский объединенный военкомат вернул ему удостоверение участника войны, которое 18 лет назад отобрал как "незаконно выданное". Все эти долгие годы Иван Дмитриевич тяжко переживал случившееся, мучительно размышлял - за что?! Дети и внуки 9 мая боялись поздравить его, боялись заглянуть в глаза - в них стояла боль. Да и сам он не мог смотреть в глаза родным. Ведь когда отбирали удостоверение, причин не объясняли. Позже кто-то из работников военкомата проговорился, что имеется, мол, на него компромат...
"Репрессированный" Иван Дмитриевич много раз приходил в это ведомство, просил показать папку с компроматом. Но, говорит, ему отказывали. Так и жил с большим грузом на сердце, не понимая, чем и где он запятнал себя. В 1940 году Шихазанский райвоенкомат призвал 20-летнего тракториста Ивана Леонтьева из деревни Высоковки в Красную Армию. Служил, а затем и воевал в составе 97-го артиллерийского полка (и в военном билете этот полк значится). Но недолго воевал, в 41-м в латвийском городе Шауляи попал в плен. Прошел ад трех германских концлагерей, в 45-м был освобожден войсками союзников и вернулся в родную страну-победительницу. Но не домой, доставили Ивана Леонтьева в фильтрационный лагерь НКВД. Страшное место для бывших военнопленных, тысячи таких, как Иван, были там объявлены изменниками Родины и расстреляны, миллионы заживо гнили в лагерях ГУЛАГа.
Солдату Леонтьеву повезло: после тщательной проверки его опять отправили в Германию - продолжать службу в одном из войсковых подразделений. Демобилизовался в 1946 году, вернулся домой, радуясь, что не сломили ни война, ни кошмар концлагерей, ни НКВД. Работал в колхозе трактористом, растил детей и не думал, что однажды уже в мирной жизни под него подложат мину... Трудно было Ивану Дмитриевичу с четырьмя классами образования в пожилом возрасте воевать со спецкомиссией военкомата... И если бы не невестка, так и ходил бы до последнего дня изгоем, не имеющим морального права, как он считал, на посиделки за чаем в тихом ветеранском кругу. Какой же он ветеран без подтверждающего документа?
А Надежда Ивановна твердо решила выяснить военное прошлое свекра. После бесплодных попыток узнать что-либо в военкомате пошла в управление Федеральной службы безопасности по Чувашии. Там женщину внимательно выслушали, попросили письменно изложить печальную историю участника войны. И изрядно поработали, чтобы проследить его фронтовой путь. Ничего предосудительного в военной биографии солдата не нашли. И лишь 18 лет спустя, в суде, состоявшемся в конце декабря прошлого года, Иван Дмитриевич узнал истинную причину свалившегося на него несчастья.
А обратился он в суд с иском о возмещении материального и морального вреда, нанесенного республиканским и Канашским объединенным военкоматами. Представители ответчиков утверждали в суде, что их вины в происшедшем нет, о компромате, дескать, вообще речи не было. Военкоматы исполняли ведомственную директиву от 1983 года. А она предписывала проверить правильность выдачи удостоверений участникам Великой Отечественной войны, дающих право на льготы. И изъять незаконно полученные. А таковыми считались удостоверения, выданные участникам войны, не принимавшим участия в боевых действиях.
В черный список попали более 130 ветеранов, в том числе и Иван Дмитриевич Леонтьев. Как выяснил Канашский военкомат, согласно перечню № 13 Генштаба ВС 97-й артполк, в котором находился солдат, всю войну дислоцировался на Дальнем Востоке и в состав действующей армии (до войны с японцами) не входил. Поэтому у Леонтьева и было изъято удостоверение.
Но Иван Дмитриевич ничего об этом не ведал, видимо, директива была для "внутреннего" пользования. Долгое время не знал и того, что по архив-ным данным он вообще одновременно находился сразу в трех полках - в 97-м 94-й стрелковой дивизии (в другой справке указана 64-я дивизия), 129-м гаубичном артполку 34-й дивизии и, наконец, по документам учета безвозвратных потерь сержантов и солдат, погибших и пропавших без вести, - в 629-м гаубичном полку 180-й стрелковой дивизии. На основании последнего документа И. Леонтьеву в феврале 2002-го и выдано удостоверение участника Великой Отечественной войны.
К сожалению, чтобы установить это, потребовалось почти два десятилетия... Видимо, все это время Канашский военкомат не особо утруждал себя поиском через архивы документов на И. Леонтьева. Похоже, комиссия лишь заглянула в тот самый 13-й перечень полков ВС, этим и закончилась тогда "тщательная проверка". Как мог Леонтьев попасть в плен в Латвии, находясь в дальневосточном 97-м полку и почему эта явная несуразица в биографии военнопленного не вызвала никаких подозрений у спецов НКВД - над этим никто голову не ломал. Хотя вовсе не исключено, что в годы войны номер войскового подразделения в целях дезинформации противника мог быть военной тайной, тем более полка, воюющего на границе. Возможно, Иван Дмитриевич и его товарищи и в самом деле верили в то, что служат в 97-м...
В суде представители военкоматов защищались не только директивами. Они утверждали, что Иван Дмитриевич тогда, в 1984 году, не был лишен звания участника войны, у него лишь изъяли удостоверение, ведь оно дает право на льготы, которых, по данным военкомата, И. Леонтьев не заслуживал. Но вот разобрались, и все встало на свои места. И не за что-де компенсировать И. Леонтьеву материальный и моральный вред, никто ему ничего плохого не сделал...
Доводы ответчиков показались суду состоятельными, и он отказал Ивану Дмитриевичу в иске. И даже не счел нужным обязать военкоматы извиниться перед ветераном, а ведь он ждал этого. Невестка Надежда Ивановна посчитала, что это судебное решение по сути является "оправданием халатности и безответственности ответчика, а для Ивана Дмитриевича это просто очередная пощечина". Несколько иную позицию заняла судебная коллегия по гражданским делам Верховного суда ЧР. Она сочла доказанными неправомерные действия в отношении И. Леонтьева со стороны военкоматов, без тщательной проверки лишивших Ивана Дмитриевича права "носить имя участника Великой Отечественной войны и иметь соответствующее удостоверение".
Что касается компенсации вреда, то, на взгляд членов коллегии, есть основания взыскать с ответчика в пользу И. Леонтьева лишь нанесенный ему материальный ущерб - длительное время он незаконно был лишен ветеранских льгот, в частности права на получение пенсии в повышенном размере. А вот на возмещение морального вреда он претендовать не может, потому как удостоверение у И. Леонтьева отобрали в 84-м, а законодательством такая компенсация предусмотрена гораздо позже. Насколько справедливо поступили с Иваном Дмитриевичем, еще рассудит президиум Верховного суда ЧР, куда намерена обратиться Надежда Ивановна. Есть еще и Москва, и Европейский суд.
