Однако, как это часто бывает, «благожелатели» поторопились с выводами. Никакого самоуправства в Чемурше не наблюдалось. И события разворачивались иначе: представители цыганской диаспоры сами сносили деревянные стены недостроенных «времянок». За их действиями ненавязчиво наблюдали представители Синьяльской поселковой администрации и милиции. А местные жители спокойно занимались своими делами.

Все происходит в рамках закона, — заверил Анатолий Тарасов, начальник Чебоксарского РОВД. — Дома возводились против правил, на захваченной земле. Поначалу мы наложили штраф на самовольщиков, а теперь их строения должны быть разобраны».

К самому Анатолию Витальевичу нарушители правил строительства никаких претензий не предъявляют, называя его «наш дорогой, наш золотой». Но до идиллии в Чемурше все равно еще далеко. Местные цыгане все же не очень довольны тем, что им помешали улучшить свои жилищные условия.

— Мои родственники поселились здесь 15 лет назад, — рассказывает один из собравшихся, Георгий. Сам он в Чемурше не проживает, но приехал, чтобы морально поддержать табор. — Дети растут, женятся, а когда в одном доме обитают вместе по 3?4 невестки, жить становится тесновато. Вот мы и решили поставить отдельные дома. Возле нас ведь никто не строится, пустого места много.

Подобная наивность взрослого мужчины представляется не совсем искренней. Ведь вольный цыганский народ уже сталкивался с тем, что любая постройка требует получения разрешения. Когда поселение только появилось у въезда в Чемуршу, новоприбывшие семьи начали строить огромные каменные дома лишь с санкции власти. Но сил, видимо, не рассчитали, и их возведение не было доведено до конца. А поскольку жить все же где-то надо, то возле одного из особняков, которому выделили 12 соток рядом, появились небольшие деревянные дома. Их можно принять за хозяйственные постройки, но именно там и обитают летом и зимой женщины с многочисленной ребятней. А вот второй недостроенной каменной махине не выделили ни метра рядом. Сооружение даже крохотного сарайчика здесь считается незаконным.

Поэтому едва бдительные чемуршинцы услышали, как стучат строительные молотки, сразу забили тревогу. Наняв целый автобус, около полусотни представителей деревенской общественности организованно отправились в сельскую администрацию требовать объяснений. Их удивило, почему вдруг кому-то выделили землю там, где никому раньше не разрешали строить. Пришлось в срочном порядке решать, что делать с самовольщиками. Для начала их оштрафовали, а уж потом предупредили, что строения будут сноситься.

Тем не менее обстановку в деревне благополучной пока назвать нельзя. Как заверяют сами цыгане, они лишний раз стараются на улицах не показываться. Их основной маршрут пролегает в магазин да на колонку за водой. А тут еще неприятный факт вандализма на кладбище, когда неизвестные охотники за металлом выворотили железные кресты на могилах. Сельская общественность заподозрила в святотатстве цыганских соседей, хотя те называют себя православными и всячески открещиваются от этого страшного греха. В любом случае подобные коллизии не прибавляют спокойствия никому из сторон.

К тому же нового поворота событий ни одна гадалка не могла предсказать. Неудачливые новоселы попытались соблюсти закон. Они написали заявление и даже начали собирать деньги, чтобы выкупить землю. По их словам, глава Синьяльской поселковой администрации Евгений Зубков очень благосклонно отнесся к просителям и охотно подписал прошение. Более того, он даже вместе с ними поехал к главе Чебоксарского района на прием. Но, увы, руководство не смогло выделить время на встречу.

Сам же Евгений Аркадьевич не отрицает своего участия в судьбе чемуршинских цыган. Да, принял и завизировал их заявление, но никакой решающей роли этот факт не играет. «Строить там, где хотят нарушители, нельзя, — твердо сообщил он, — тут пролегает улица, которая по правилам застройке не подлежит». Его поддерживает начальник РОВД Анатолий Тарасов: «Сначала придется все разобрать, а уж потом, если будет получено разрешение, можно будет строить все по-новой».

Неунывающий цыганский народ только на это и надеется. Все доски от разобранных домов складываются очень аккуратно, чтобы потом вновь пустить их в дело.